Малахит - месторождения

Из истории камня

И говорит Ал-Кинди: его месторождение находится в одной пещере в горах Кирмана [город и область юго-востока Ирана] среди рудников меди... Он густо-зеленый, и на нем видны зеленые глазки и полумесяцы. Ал-Кинди говорит: в дни владычества персов находили большие куски малахита, из которых удавалось выделывать сосуды; затем находимые куски его постепенно стали уменьшаться, пока совсем не иссякли.
Сепстанский [Сепстан — область, прилегающая к оз. Зарра, входит отчасти в состав Ирана и отчасти Афганистана] малахит по качеству ниже, и обоим им уступает тот, который происходит из Аравии.

Месторождения Заира

На карте Заира, в самом юго-восточном углу, на границе с Замбией найдите город Лубумбашп, или, как его ранее называли, Элизабетвиль. Это столица знаменитой провинции Шаба (Катанга). Почти везде в этой провинции мы встречаем огромные медные рудники. Заир стоит на втором или третьем месте в мире по добыче меди, и вся медь идет из этой провинции. Ну а Колвезн — это второй по величине город этой провинции. На карте он находится несколько северо-западнее Лубумбаши, но линии железной дороги из Лубумбаши в Анголу. Мне повезло, я побывал в Колвези, он особенно интересен потому, что здесь медные руды вскрыты огромными карьерами (до 300—400 м глубины), в которых очень хорошо видно строение рудной толщи.
Колвези стоит на равнине. Как и во многих местах в тропиках Африки, на поверхности этой равнины повсеместно развита древняя красная — латеритная — почва. Дороги засыпаны красной землей, каналы идут в красных берегах, пыль красная, красные крылечки у домов, и везде, где хоть сколько-нибудь вскрыта земля, в ямах видны красные стенки. По этой равнине подъехали мы к карьеру и' спустились вниз. Карьер был довольно большим, его глубина, как я прикинул, вероятно, превышала 300 м. Внизу карьера несколько небольших экскаваторов добывали руду. Мощность рудного пласта здесь очень велика и местами достигает 100 м; очень велико и содержание меди в руде, до 6%. В других странах ведут добычу руды даже в тех случаях, когда содержание меди всего 0,5%, а мощность рудной толщи в зависимости от содержания может быть меньше метра.
Руда внизу представлена темно-серебристым минералом, мелкими зернами переполняющими пласт мергеля. Это халькозин — сульфид меди. Большие самосвалы, груженные рудой, один за другим отходят от экскаватора, а пустые подходят грузиться. Выше идет еще один уступ рудника, и там экскаватор и самосвалы с мергелем, переполненным серебристыми блестками халькозина. А вот в самом верху рудного пласта картина меняется, и мергель уже не сероватый, а резко-зеленый. Сопровождавший пас главный геолог этого рудника поднял кусок зеленой породы, явно свалившийся сверху при очередном взрыве, и подал мне. Это был очень интересный образец; все кристаллики халькозина в нем позеленели, кое-где появились мелкие пустотки, занятые зеленой, явно тонкозернистой массой — сомнений не было, произошло окисление халькозина и он заместился малахитом. Это еще не ювелирный малахит в больших плотных кусках, но несомненно тот же минерал, в мелких зернах переполняющий рудоносную породу. Каким же образом он здесь произошел? И я вновь уже внимательно посмотрел на противоположную, хорошо видную стенку карьера.
На самом его верху в стейке была отчетливо видна красная земля — латерит. Мощность сплошной красной толщи — метров 10—15, ниже идет белая земля, но среди нее на глубине до 50—70 м спускаются явно по трещинам красные, иногда ветвящиеся языки. Это те места, где поверхностные воды могли проникнуть в толщу мергеля, покрывающего руду. Далее идет белый мергель, переходящий книзу в серый. Мощность белого мергеля, наверное, около 50—100 м. И вот там, где пласт руды покрывается не серым, а белым мергелем, вверху пласта он становится зеленым. Следовательно, это окисление халькозина и переход его в малахит связаны с поверхностными водами — теми самыми, которые создали латерит. Вот бы посмотреть белый и серый мергели там, наверху.
И, как в сказке, мне повезло, словно добрый волшебник услышал мои желания. Наши хозяева решили похвастаться новой техникой, полученной из Америки, и повезли нас к огромному экскаватору, от которого пустую породу в отвалы отвозили самосвалы, вмещающие до 100— 150 т. Этот экскаватор стоял как раз на границе серых и белых пород, и пока товарищи вели беседы о технике, я сумел рассмотреть образцы серой и белой породы. Блестяще теперь все подтвердилось: серая порода — плотный неизмененный мергель, в нем есть силикаты — глинистые минералы, много карбонатов, как и должно быть во всяком мергеле; пор почти пет. Ну а беглый — это сильно пористая, очень легкая порода; такие породы по виду можно назвать опокой, карбонатов в них нет совершенно, они вынесены, углистые частицы, которые придают серый цвет свежему мергелю, здесь окислены. Все это произвели те же поверхностные воды, которые создали вверху латерит. Если в область действия этих вод попадает медная руда, то халькозин окисляется — сера из него выносится, переходя сначала в 1 окисную форму, а затем в серную кислоту, легко растворимую в воде. Другой компонент халькозина — медь — сначала окисляется, а затем соединяется с углекислотой. Трудно сказать, будет ли эта углекислота из воды или углекислота растворяющегося кальцита — карбоната мергеля (вероятно, все-таки последняя играет роль в этом процессе). Углекислая водная медь — малахит — очень трудно растворима в воде, и поэтому оседает тут же, рядом с бывшим разрушенным зерном халькозина; если же рядом есть пустота в рудной породе, то малахит выделяется здесь в форме красивых натеков.
, Наш спутник — бельгийский геолог — рассказывал мне, что в карьере отдельно добывается и обрабатывается неизмененная и окисленная руда и при добыче окисленной: руды добывается и ювелирный малахит — примерно из каждых 10 тыс т руды добывают около 100 кг ювелирного малахита. Рассказал также, что незадолго до нашего приезда в том руднике, который мы посетили, была встречена пустота, выполненная натеками малахита. Вес этой извлеченной глыбы был около 5 г.
После посещения рудника планировалась беседа в конторе предприятия «Юнион Минер», которое эксплуатировало рудник. Расположена контора в хорошо ухоженном саду. Перед входом в контору находится большая цветочная клумба с фонтаном, около которой я остановился в изумлении. На верху клумбы лежала очень большая глыба малахита. Глыба пробурена в центре, и через скважину пропущена труба, из которой бьет фонтан.
Глыба эта имеет плоскую чечевицеобразную форму. Размер ее по диаметру около 1 м при толщине 50—70 см. С одной стороны край чечевицы отбит и видна большая внутренняя полость, малахитовые натечные стенки которой имеют толщину 10—15 см, а внутри в полости видны многочисленные сферолиты и натечники, очень напоминающие пещерные сталактиты и сталагмиты.
Пока я рассматривал малахитовую глыбу, нас пригласили в контору «Юнион Минер». В вестибюле справа от входа, почти занимая всю стену, стоит огромное зеркало, а под ним лежит еще одна малахитовая глыба. Она больше, чем предыдущая по диаметру, но такая же плоская. Эта глыба вделана в толщу стены. Внутри малахитовой чечевицы и здесь видна полость с натечниками.
Обе малахитовые глыбы совершенно замечательные. Они гораздо крупнее, чем все, которые мне приходилось видеть в музеях. Меньше их и те полированные куски уральского малахита, которые имеются в музеях Академии наук СССР в Москве и ленинградского Горного института. В Лумумбаши за гостиницей, где остановилась группа геологов лгз Советского Союза, располагается главный рынок города, а около него на небольшой треугольной площадке идет торговля кустарными изделиями. Резьбы черного дерева там относительно мало. Слоновой кости тоже почти нет, но зато какое разнообразие изделий из малахита! Пепельницы всех типов и размеров, бусы, подвески, брошки, пуговицы и другие изделия. Весьма интересны были беседы с продавцами малахита. Они, как оказалось, прекрасно знают камень и оценивают не только вес и размер его, но и густоту окраски, цвет, полосчатость, расположение полос и способность полироваться.
Однако те декоративные изделия из малахита, которые нам продемонстрировали, были не очень высоко художественного достоинства. Так, во дворце комиссара Шабы камин облицован малахитом, разрезанным на одинаковые квадратные пластинки, почти лишенные  узора Камин явно не смотрится.


Урал

 
 
Горообразующие усилия поело формирования скарновых рудных тел вынесли как сами руды, так и все окружающие их породы па уровень дневной поверхности, а размывающая сила воды и поверхностных факторов обнажила их.
На все описанные выше процессы потребовалось около 100 млн: лет., а примерно 250 млн. лет назад весь Урал попал в область интенсивнейшего выветривания, и на его поверхности образовалась мощнейшая кора выветривания, пожалуй, даже большая, чем латеритная кора выветривания в Шабе. Подвергся выветриванию и Высокогорский район; за счет сиенитов образовались мощные толщи каолиновых глин, а за счет известняков — опоки и другие кремнистые породы, подобные тем, какие были описаны в Африке. За счет высокогорских магнетитовых скарнов образовались так называемые мартитовые руды (окись-закись железа — магнетит, поглотив довольно много кислорода, перешла в окись железа — мартит). В Меднорудянском руднике, кроме магнетита, был еще и медный колчедан, который при выветривании, окисляясь, переходил в медный купорос, взаимодействовавший с окружающим известняком, давая углекислую медь — малахит. В середине XIX в. начали усиленно разрабатывать Меднорудянский рудник. В нем были вскрыты низы коры выветривания, т. е. те части, где на известняке осадилась углекислая медь. Свердловский минералог проф. Г. Н. Вертушков, собиравший материалы по малахиту Меднорудянска, показал место добычи малахита в этом руднике.

Происхождение Гумешевского месторождения совершенно такое же, как и Меднорудянского. Так же как и там, сначала были образованы первичные сернистые руды, которые позднее были захвачены выветриванием, образовавшим мощную кору выветривания на всем Урале. На Гумешевском руднике остались только самые низы этой коры. К счастью, сохранился весь малахит. Интересно, что в те времена, когда составлялись планы, опубликованные Л. Дюпарком, геологи ничего еще не знали о коре выветривания, но прекрасно ее изобразили.
Кроме Гумешевского и Меднорудянского месторождений, малахит встречался в совершенно подобных условиях и в других местах. В 1920—1934 гг. добыча малахита велась на Коровинско-Решетниковском месторождении, тоже около горы Высокой. Наконец, в 1955 г. малахит был найден в самом Высокогорском руднике. Профессору Г. Н. Вертушкову удалось осмотреть обнажение, в котором выходил малахит. Это, по-видимому, единственная Уральская зарисовка, сделанная специалистом-геологом. Интересно, что. в Высокогорском малахитовом гнезде малахит залегает не прямо на известняке, а па ранее выделившейся кремнистой меди — хризоколле, не имеющей ювелирного применения. Быстрые смены различных минералов в низах коры выветривания весьма характерны.

Малахит на Высокогорском и Гумешевском рудниках исчерпан полностью. Если будут открыты новые медьсодержащие месторождения, залегающие в известняках и захваченные мощной корой выветривания, то в них возможны и новые небольшие малахитовые месторождения. То, что месторождения малахита невелики и быстро вырабатываются, видимо, является общим законом, на что указывал и Бируни в своей книге. Очевидно, эта особенность отражает условия образования этого минерала, его связь с корой выветривания и известняками.
Заканчивая раздел, посвященный малахиту, я бы хотел обратить внимание любителей камня на еще одну интересную разновидность, связанную с малахитом. Малахит редок только в ювелирных разностях — плотных натечниках, хорошо поддающихся шлифовке, но вообще говоря, это очень обычный минерал, и любые окисленные медные руды всегда содержат малахит. Однако этот малахит совсем не такой, как в поделочных кусках, иногда это просто окраска других безрудных минералов в зеленый цвет, иногда мелкие зерна малахита между другими минералами, часто тоже медными, например хризоколла — кремнистая медь, а также различных фосфатов меди. Эти ярко-зеленые минералы совершенно справедливо называют медной зеленью. В ряде случаев встречают^ ся ярко-синий медный минерал азурит — медная синь и многие черные окислы или сернистые минералы — медная чернь. Скопления черни, зелени и сини в окисленных 
медных рудах довольно обычны. Особенно характерны они для осадочных медных руд, так называемых медистых песчаников, развитых в природе довольно широко.

Израиль

В областях, прилегающих к Красному морю, продают много украшений с зеленым, по очень пестрым, с черными, синими, а местами и белыми пятнами так называемым элатским камнем, по имени города Элат (Израиль). Из элатского камня делают вставки в кольца и перстни, обычно ограненные кабошоном; вставки в браслеты, подвески; изготовляются из элатского камня различные бусы. В качестве оправы этих дешевых, по довольно красивых камней используется серебро, различный белый металл и золоченая бронза. Главную массу элатского камня слагает нерудный минерал полевой шпат, отчасти кварц, густо пропитанный малахитом, местами вместе с густо-синим азуритом, а также с густо-черными участками, видимо, мелкокристаллических сульфидов меди типа халькантита и ковеллина.


Мне удалось побывать на месторождении элатского камня. Оно располагалось на крайнем юге Израиля неподалеку от г. Элат — города-порта на берегу Акабского залива Красного моря. Место это геологически крайне интересное и привлекает самое пристальное внимание геологов.
Дорога из Элата в Иерусалим идет по рифтовой долине, по самой низине. Здесь редки источники пресной воды и почти нет населения. Километров через 60—80 к западу от дороги расположен рудник Тимна. По существующей легенде, здесь были знаменитые «копи царя Соломона», откуда этот царь черпал свои сокровища. Руда месторождения Тимна представляет собой песчанистые осадки, переполненные медными минералами. Содер¬жание . меди в этих песчаниках относительно невелико, около 1%, но местами в руде встречаются богатые минералами участки. Весьма интересно, что возраст месторождения Тимна может быть близок к месторождению Кольвези. Руды Тимны считают нижнепалеозойскими или дажё рифейскими.
В Советском Союзе имеется много выходов медистых песчаников, и, конечно, среди них можно найти очень интересные образцы, вполне пригодные для полировки и отделки. Месторождения медистых песчаников известны в Донбассе. Славится этими породами пермское Приуралье. В петровские времена, как говорят, здесь даже были медеплавильные заводы, по впоследствии они были 
оставлены, слишком мало содержание меди в руде. Замечательно зеленые образцы медных руд можно собрать в Казахстане, в районе Джезказганских медных месторождений. Тот же тип руд имеется и в крупном Удоканском месторождении меди в Сибири.
Так или иначе любителям камня стоит заинтересоваться медистыми песчаниками.